terrao (terrao) wrote,
terrao
terrao

Categories:

Жизнь после жизни



[more]
ТАК-ЛИ СТРАШНА СМЕРТЬ



СТРАШНО НЕ УМЕРЕТЬ. СТРАШНО НЕ ЖИТЬ
«Тот кто умрет, до того как умрёт,
Не умрет, когда умрёт»
Тибетская поговорка.

ВСТУПЛЕНИЕ

Смерть, это самое интимное, что может случиться с человеком. Умирая, ты всегда остаешься один на один с самим собой. И переживаемый тобой опыт окажется малопонятен кому-то другому. Это как описывать первую любовь, первый поцелуй, только еще гораздо более субъективно. Все через это проходят, но у каждого эти события окрашены разными красками.

Я расскажу тебе, как это случилось со мной, как это событие на меня повлияло, и как изменилась после этого моя жизнь. Никого не призываю мне верить — никакого отношения к религии или вере статья не имеет. Это просто мой опыт, который я попытался облечь в слова, хоть как-то способные передать смысл случившегося. И пусть никого не коробит слово бог с маленькой буквы. Это не неуважение. Это так же, как и написание слова человек. Просто определение, а не имя.

ЖИЗНЬ ДО СМЕРТИ
Зимой 2009 года, со мной произошел «несчастный» случай. В кавычках, потому что несчастным он казался только на первый взгляд стороннему наблюдателю. Для меня же все произошло в одну секунду, даже меньше, а после время перестало существовать. События, предшествовавшие случившемуся важны настолько, насколько сейчас для тебя важны последние секунды сна перед пробуждением. Их ценность минимальна, поэтому я их просто опущу.

Последнее что я успел тогда подумать – неужели это пи#дец? Я что, умру вот так? Сейчас? Этого не может быть, нет, нет, только не здесь, только не сейчас, только не так, неееееееееет. И меня вышвырнуло из тела. Даже не из тела, а из Жени. За секунду я перестал быть собой. Тем, кем привык быть за предшествующие годы.

Все что происходило дальше, напоминало описания переживших клиническую смерть, но все было не так. Наверняка и мое описание тоже будет «не таким», потому что я просто не знаю слов, чтобы точно передать увиденное. Даже слово «увиденное» искажает смысл, потому что у меня не было глаз, чтобы видеть. Поэтому я просто подбираю самые близкие аналогии, чтобы описать неописуемое.

СВЕТ В КОНЦЕ ТУННЕЛЯ
Когда меня вышвырнуло из тела, я оказался в пустоте, будто бы на огромной глубине в океане. И так же как пловец в воде, я сам собой начал всплывать на поверхность. Поверхность виделась мне светом, но не в туннеле, а где-то далеко-далеко. И чем ближе становился свет, тем яснее становилось, что воспринимаю его не зрением, а каким-то новым чувством, для которого у меня нет названия. Сначала он заполнил все вокруг, потом его интенсивность начала нарастать настолько, что он начал меня жечь.

Но жечь, это снова неправильное слово. Я не чувствовал боли, наоборот, он будто бы прокаливал меня, выжигая ржавчину, грязь, оставляя только самую суть. Было похоже, будто я раздеваюсь и захожу в душ после тяжелого дня. Только легкость и очищение чувствовалось в тысячу раз сильнее. Ощущение легкости и освобождения нарастало, и когда достигло своего пика, я «увидел» этот свет иначе. Это был не свет, это была любовь.

Я увидел, что на меня сейчас смотрит бог. Смотрит и смеется. И я увидел его конечно не бородатым стариком, не чем-то персонифицированным. Все вокруг было им. Все всегда вокруг меня было им. Я всегда был им, его глазами, ушами, руками. Я увидел это настолько четко, что его смех заполнил все пространство вокруг меня.

До этого, я много раз слышал выражение – «вся жизнь пронеслась перед глазами». Я представлял это как быструю перемотку событий, будто смотришь это все как на видео. Но когда это случилось со мной, то я понял, что нет ничего более далекого от такого понимания, до реального переживания.

Во-первых, как оказалось, время есть только в привычной физической реальности. А в той реальности все события жизни можно увидеть одновременно. Я не знаю, как это объяснить, но это так. Я увидел себя не так как привык видеть в зеркале. Я увидел себя так, как меня видит бог – сразу всего. От рождения и до смерти. Глазами такое увидеть невозможно, но я уже говорил выше, в каком смысле использую это определение.

Во-вторых, у меня не было глаз, перед которыми можно было бы что-то проносить.

А в третьих, это снова связано с восприятием времени – пронестись, подразумевает огромную скорость. А тут скорость менялась совершенно произвольно и от меня никак не зависела. Я одновременно был зрителем и участником спектакля, режиссером которого я был до этого. Сложно? Тогда это было очень просто и естественно.

Начался этот спектакль, с того, что я родился. Реально родился, ничего не понимая, на меня обрушилась лавина звуков, незнакомых образов, какие-то чувства, одновременно торжество и страх и я начал расти. Моя вселенная начала расширяться. Сначала появилась мама, потом начал появляться я сам, окружение, события, события, события. И вдруг передо мной встал выбор и мое сознание разделилось. Я вспомнил, как поступил тогда, в своем прошлом, что тогда выбрал, и сейчас не мог поступить иначе. Но зато мог увидеть сразу все варианты. Не то, чтобы увидел, к чему меня привел бы другой выбор, а видел это на уровне правильно/не правильно. Черное/белое. Лучше меня сделает мой выбор или хуже. Поможет ли он мне или помешает.

И я как трамвай по рельсам проехал в темную сторону. В сторону, отдаляющую меня от божественного замысла, от того, чего я сам бы себе желал. И снова я продолжил расти, развиваться, вселенная становилась все шире и шире, и снова выбор. Причем каждый раз выбор сопровождался очень сильными эмоциями, потому что это были далеко не рядовые события. Приходилось выбирать между соврать или не соврать, ударить или не ударить, украсть или не украсть. И мой трамвай снова поехал не туда.

Снова события, снова выбор, снова не то направление. И снова, и снова, и снова. Если при жизни эти события разделялись месяцами, а то и годами, то тут времени не существовало. Для меня это происходило одновременно. Все эти эмоции я получил кучей. И оценку давал не каждому событию отдельно, а всем сразу. Если раньше, я находил оправдания для своих проступков, то сейчас поиск оправданий был в принципе невозможен. Скажем, если раньше я мог сказать – «он меня первый ударил», то сейчас я видел как на ладони, что он ответит за то, что ударил первый. А я сейчас отвечаю за то, что ударил второй.

Оказывается нет никакого другого судьи, кроме меня самого. И именно тогда я понял смысл слов – не суди, и не судим будешь. Так же, как я судил других, именно так же я судил себя. Я не мог простить себе того, чего не мог простить другим. Это так просто, так справедливо, но так невыносимо больно! Раскаяние, которое меня тогда охватило, было самым сильным из чувств, что мне довелось испытать. Это было сильнее самого страшного ужаса, сильнее страха смерти, сильнее всего, что я только мог себе вообразить. В ту секунду я понял, какая я все-таки тварь. Даже сейчас, спустя годы, когда я пишу эти строки, у меня в глазах стоят слезы, а в горле комок.

Я понял, что мне дали бесценный дар – жизнь, которую я мог прожить как угодно. Мог сделать ее похожей на прекрасную картину, а я все просрал. И винить в этом некого, кроме самого себя. И тогда я захотел себя убить. Убить по настоящему, без этого света, без любви, без бога, а прибить эту тварь, чтобы ее вообще никогда не было. Стереть само воспоминание о ее существовании.

Тогда я завыл как животное, которое осознало, что попало в ловушку, из которой не выбраться. Только было еще хуже, потому что эту ловушку я сделал себе сам. И как спасающий хватается за соломинку, так и я взмолился о прощении, хотя прекрасно понимал, что не заслуживаю его. И не смогу принять, даже если получу. Я просто не мог, не молить.

И когда я снова увидел бога, когда снова услышал его смех, услышал его слова (напоминаю, что конечно же не услышал и не слова, просто не знаю как еще это описать) – «конечно дурачок, я прощаю тебя если тебе это важно. Безо всяких условий, искупления, наказания. Я же тебя люблю, мы же с тобой суть одно. Больше того, я никогда тебя не винил, тебя не в чем винить».

В ту секунду я осознал свою низость еще сильнее. До этого казалось, что я уже переступил ту черту, которую только можно вынести. Но сейчас, в сравнении с величием и чистотой такой безусловной любви, я почувствовал себя уже не тварью, а законченной мразью, не способной ни на одно светлое чувство.

И тогда бог рассмеялся еще сильнее, а после, я неожиданно, на какое то время поменялся с ним местами. Я стал этим светом, и увидел себя со стороны. Ненавидящего себя, полного раскаяния, придумавшего себе какую-то вину, какие-то страдания, источником боли для самого себя и всего вокруг.

И… рассмеялся. В тот момент я действительно все понял. Я захохотал так сильно, что когда поменялся с богом местами обратно, то открыл глаза. То есть на самом деле открыл свои глаза и увидел людей вокруг. Тут мне резко стало не смешно, но меня настолько переполнила благодарность за второй шанс, за то, что теперь я смогу все исправить, что я даже сказать ничего не мог, только плакал.

СЧАСТЛИВЫЙ НЕСЧАСТНЫЙ СЛУЧАЙ
Не могу сказать, что после того случая я пришел в себя. Наверное, до сих пор не пришел. Меня перестали понимать близкие мне тогда люди. Практически полностью сменился круг общения, интересы, ценности. Я не вполне понимал, как мне жить с новой картиной мира, чем заниматься, с чего начинать.

С того момента, мой трамвай все же изредка сворачивает не в ту сторону. Но в большинстве случаев направление выбирается верно. Сейчас у меня нет причин бояться смерти, я бы даже сказал, что жду ее. Только пойми правильно, я не собираюсь умирать и не делаю ничего, чтобы приблизить исход, нет. Я просто жду ее как новое, увлекательное путешествие. Даты которого я не знаю, но знаю, что оно неизбежно случится.

После этого я начал искать новой встречи с богом, потому что когда прошло время, то появились другие вопросы. Я знал, что он везде, и во мне самом в первую очередь, но не мог получить ответов. Я искал его в разных странах, ездил на Валаам в России. В Индии ездил на випассану в один из крупнейших ашрамов. Искал людей, которых другие называли святыми, но нигде не чувствовал его присутствия.

А в конце концов, когда уже отчаялся и перестал искать, то конечно же нашел. Цепочка совпадений, и казалось бы, случайных событий привела меня к тому, что я услышал его голос в самом себе. Но сейчас провозгласить себя богоизбранным, или проповедником, означало бы снова свернуть не туда.

Я не могу тебе сказать, как жить, что правильно, чего от тебя хочет бог. Но я уверен, что каждую секунду он говорит и с тобой тоже. Даже сейчас, когда ты это читаешь, то слышишь его слова, а не мои. У бога нет других рук, кроме наших. Нет других ртов, нет других глаз. Мы все проводники его воли в этом мире. Просто кто-то это уже осознал, а кто-то только готовится. Бог говорит с тобой через других людей, через случайные совпадения, через разные события, даже через сны и мечты.

В своей жизни я совершил множество неправильных поступков. Но сейчас, испытывая благодарность за второй шанс, я помогаю людям осознать то, что осознал сам. Если мои слова затронули что-то в твоем сердце, для меня это уже награда. После того, как я умер и снова вернулся, моим самым сильным желанием является помощь людям в поиске счастья, гармонии и радости. Многие пишут мне, задают вопросы, благодарят, и я нахожу время чтобы ответить каждому.

http://johndao.ru/life/

http://planeta.moy.su/news/tak_li_strashna_smert/2015-12-07-57549
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments